Компании

все компании

Александр Данилюк: Двигатель процесса

23 января 2012 года, 13:23
Александр Данилюк: Двигатель процесса Александр Данилюк, глава Координационного центра по внедрению экономических реформ при президенте Украины о теневых министрах, упущенных возможностях и том, когда же страна поднимется в рейтинге Doing Business, пишет "ИнвестГазета".

На последнем заседании Комитета экономических реформ президент отчитал премьера, министров, чиновников и даже депутатов Верховной Рады. Делал он это не в первый раз, но по такой причине — впервые. Если раньше Янукович жаловался, что процесс реформ тормозят чиновники среднего уровня, то теперь под удар попали лица высшего эшелона: законы, идущие вразрез с политикой президента, в парламенте лоббируют депутаты. «Мы тут разговаривали с некоторыми народными депутатами, зачем они это делают. Они сказали, что это просьба министров», — заявил президент. Министров, которые должны быть предводителями реформ.

Когда Янукович успевает вникать в такие детали? В 2010 году он создал Координационный центр по внедрению экономических реформ, наделив его широкими полномочиями, в том числе и контролем за министерствами в процессе реформ.  Что это за структура, чем занимается и кто платит им за работу, «Инвестгазете» в своем первом интервью рассказал глава центра Александр Данилюк.

К ним едет ревизор

Мы встретились с Александром Данилюком в 8 утра во французском ресторане «Горчица» недалеко от Администрации президента (АП). Данилюк в шутку называет это заведение «штаб-квартирой» координаторов центра, который он возглавляет. Пока мы будем беседовать-завтракать, в «Горчицу» придут еще с десяток сотрудников АП.

 

— Вы консультанты или чиновники? — первый вопрос напрашивается сам собой. «Мы больше, чем консультанты, — говорит Данилюк. —  Для меня наши координаторы — это такие себе «теневые министры» (но не оппозиционные), то есть люди, которые должны понимать, куда движется реформа, видеть ее развитие намного дальше, чем на ближайший год, и помогать профильному министерству двигаться в этом направлении.

 

Тех, о ком говорит Данилюк, 30 человек: 16 координаторов и 14 аналитиков. Средний возраст — 28 лет, у всех безупречный английский, у многих опыт работы в международных консалтинговых компаниях и бизнесе. Данилюк — один из самых старших, ему 36. Он выходец из McKinsey, работал в московском и лондонском офисах. На его команду возложена задача не только разрабатывать логику реформ, но и быть связующим звеном между АП, Кабмином и экспертным сообществом, следить за работой министерств на предмет внедрения изменений и подавать президенту отчеты «о невыполненной работе». Министры ко встрече с представителями из Центра тщательно готовятся. Они знают: после негативных отчетов Янукович «позовет на ковер».

 

Мы понимаем, что это важные реформы, и все должно быть очень хорошо продумано, — объясняет Данилюк. — Сначала мы изучаем международный опыт, консультируемся со Всемирным банком и IFC, с профильным министерством разрабатываем концепцию реформы. Затем проект реформы визирует президент, после чего его нужно облечь в форму конкретных законопроектов. Это уже задача правительства. Когда проекты законов готовы, мы вновь включаемся в работу, чтобы проверить, насколько они соответствуют концепции. А когда законы приняты, следим за их выполнением. Все спорные вопросы выносим на суд премьера и президента. Идея создания центра не нова — подобные органы контроля за продвижением реформ существуют во многих странах. Изначально компания McKinsey, выступившая с идеей о создании центра, предлагала сделать его при Кабинете Министров. Но президент сказал, что этот орган должен находиться при нем, поскольку именно он является лидером реформ.

 

Формально центр подчиняется непосредственно президенту, но координация работы — за главой АПУ Сергеем Левочкиным.

 

 

— Если говорить языком бизнеса, кто для вас сейчас Янукович, а кто — Левочкин? Акционер и СЕО?

 

— Нет. Не так. Акционеры — это наши граждане. Янукович — СЕО (Александр Данилюк взвешивает каждое слово). Хотя в данном случае он для нас — главный клиент, потому что именно на нем в конечном итоге и будет лежать ответственность за результаты реформ. Левочкин — СОО (chief operating officer). Самый близкий операционный контакт у нас с ним.

 

— А кто же тогда Николай Азаров?

 

— Процесс построен так, что премьер стоит немного в стороне от реформ. За этот процесс министры отвечают напрямую перед президентом. На мой взгляд, это нужно исправлять. За президентом и его администрацией должна сохраниться роль архитектора и контроль на ключевых точках. Мы же должны более плотно работать с Кабмином и не втягивать Администрацию и президента в ежедневный контроль, хотя пока происходит именно так.

 

Самые сложные задачи центра — административная реформа, реформа госслужбы, дерегуляция. Сейчас координаторы внедряют центры по предоставлению административных услуг гражданам и переформатируют Санэпидемслужбу. Она — третий по степени давления карательный орган для бизнеса, говорит Данилюк. Поэтому нужно было сократить количество структур, контролирующих систему пищевой безопасности. Теперь нужно четко прописать функции единого органа. Но это не значит, что Центр в одинаковой мере занимается абсолютно всеми реформами. Часть работы министерства делают сами, часть возложена на консультантов, как, например, McKinsey и Фонд «Эффективное управление» Рината Ахметова.

 

Почему Янукович просто не посадил молодых специалистов в правительство, а отправил в застенки АП и не дал прямых рычагов административного влияния? Центр не может «завернуть» неудачный законопроект, а может только прийти и убедить руководство страны, что документ нужно снять или доработать.

 

— Я не считаю, что нынешний механизм нашей работы очень эффективен, — признает Данилюк. — Конечно, хотелось бы, чтобы у нашего органа было больше полномочий. Но все же центр реформ, на мой взгляд, должен быть в Кабмине, я имею в виду команду министров-реформаторов. Да и если дать нам больше полномочий, это еще сильнее размоет ответственность между органами власти. Уже сейчас ответственность за реализацию реформ по некоторым направлениям теряется между Кабмином и Администрацией президента — это неправильно.

— По слухам, зарплаты вашим сотрудникам платит компания СКМ. Это правда?

 

— Из государственного бюджета зарплату, действительно, платят только тем координаторам, которые пришли в центр с госслужбы, но таких всего пять-шесть человек. Остальным платят из негосударственного фонда, который поддерживает проведение реформ в стране, и работает он не только с координационным центром. Это благотворительный фонд, и отношения к СКМ он не имеет.

 

Кстати, в отличие от большинства своих подчиненных, сам Данилюк в структуре украинской власти не новичок. В 2006 году он был советником премьер-министра Юрия Еханурова по вопросам газовых переговоров с Россией, урегулированием проблем, связанных с реприватизацией, а также разработкой программы экономических реформ.

 

Даешь результат

 

Устоявшееся мнение в политике западных стран — кардинальные реформы нужно проводить в первый год-полтора после прихода к власти, задолго до нового цикла выборов. Украина этот шанс уже упустила. То есть со своей задачей центр, по крайней мере, формально, не справляется. От былого воодушевления не осталось и следа. По тону Данилюка ясно, что разочарование коснулось и его самого:

 

— Конечно, мы упустили очень много времени. Хоть это понятно всем, мы (здесь Данилюк говорит об Администрации президента. — Ред.) не смогли вовремя заняться реформами. Возможно, Координационный центр на это также повлиял — ведь мы пришли только год назад, и не сразу смогли набрать вес в структуре власти.

 

— За прошедшие два года в Украине есть примеры успешных проведенных реформ?

 

— Есть. Административная, — говорит Александр Данилюк, и в ответ на вопросительные знаки в моих глазах поясняет: нашумевшие налоговая и пенсионная реформы, конечно, тоже важны. Но суть налоговой была скорее в кодификации законодательства. А вот административная реформа по степени своей завершенности наиболее близка к примеру того, что люди могут начать реформу, и довести ее до конца.

 

— Украинский народ так и не понял суть этой реформы, ведь напрямую она его не касается. Нам удалось уменьшить количество госорганов со 112 до 75, сократить штат чиновников на 19%. Но основной задачей были все же не сокращение, а повышение степени ответственности чиновников, и прежде всего — министров. И то, чтобы в Украине было не 112 человек, управляющих органами власти, которые часто сами не понимают своих задач, а небольшая команда министров с необходимыми им полномочиями, и каждый член этой команды должен отвечать за результаты своей работы перед президентом и премьер-министром.

 

В ответ на замечание, что этих результатов реформы как раз пока и не видно, глава координационного центра уверенно отвечает:

 

— Это проблемы переходного периода, и в будущем они будут решены. Сейчас же принципы реформы соблюдены, процесс перестройки министерств запущен и главная задача теперь — не допустить отката назад.

 

— Вы вообще не жалеете, что ввязались в эту работу? Не хотелось уволиться?

— Хотелось, и не раз и не два. Уже когда мы работали над административной реформой, нашим первым тяжелым заданием, мы стали понимать, сколько факторов влияют на результат. Скажем, зайдет кто-то к президенту, поговорит о чем-то… и это очень сильно расстраивало.

 

И чиновники, и депутаты на всех уровнях пытаются не пропустить невыгодные им изменения, кладя на стол совсем не те законопроекты, которые должны были появиться по логике реформы. Из-за такой «редактуры», говорит Данилюк, процесс реформирования и очень медленно. Скажем, только первый пакет законопроектов, связанных с админреформой — это более 2000 страниц. Их ревизия центром требует много времени.

 

И все же сегодня, говорит Данилюк, работать стало немного легче, чем год назад. За этот год представители центра набрали вес в структурах власти, наработали себе репутацию и авторитет. А кроме того, изменили свой взгляд на сам процесс работы.

 

— Мы повзрослели. Начали понимать, что 100%-ный КПД в работе недостижим, и даже 50% в наших реалиях — это уже очень хорошо. С нашим участием процесс реформ идет куда более эффективно, чем если бы нас не было.

 

 — Год назад нам обещали прорыв в сфере дерегуляции. Тогда глава Комитета экономических реформ Ирина Акимова говорила, что Украина поднимется в рейтинге Doing Business минимум на 20 позиций уже в 2011 году. Но в итоге мы даже опустились на 3 пункта — до 152-й позиции.

 

— За этот год мы многое поняли. Я, к примеру, понял, что одними нормативными актами реформу не сделаешь. Кроме них, нужно менять все процедуры работы госорганов, а часто и людей, работающих в них. Мы с вице-премьером Андреем Клюевым договорились об активном взаимодействии в первом квартале этого года, чтобы провести все изменения, способные повлиять на этот рейтинг, до мая (то есть времени, до которого собираются сведения для нового рейтинга Doing Business). Благодаря этому Украина должна войти в первую сотню рейтинга.

 

Еще одно изменение, которое может принести следующий год — объединение налоговой и таможенной служб. Правда, оговаривается Данилюк, он может планировать, но реализовывать это должен Кабмин.

 

— С кем из нынешних министров работать легче всего, а с кем  больше всего трудностей?

 

— Могу сказать, с кем мы работаем наиболее эффективно. Это Клюев, Тигипко, Колесников, Лавринович.

 

— Не думаете о том, чтобы самому войти в правительство?   

 

— Мы формируем реальный кадровый состав, который может усилить исполнительную власть. Дальше — это решение президента, воспользуется ли он этим составом, и если да, то когда. Но наша команда — эта команда с очень высоким уровнем репутации.





Просмотров: 1704